Фермент PRMT1 поддерживал восстановление печени после резекции, метилируя белок SKP1 и тем самым не давая клетке слишком рано утилизировать белки, которые ведут её к делению. В Nature Communications исследователи показали причинную роль этого каскада в клетках и у мышей; данные пациентов пока дают только предварительный сигнал.

После воздействия эпидермального фактора роста PRMT1 добавлял асимметричную диметильную метку к аргинину-81 белка SKP1. Такой SKP1 хуже связывался с FBXW7 — рецептором субстратов в убиквитинлигазном комплексе SCF. В результате клетка медленнее разбирала фосфорилированные c-MYC, циклин E1, mTOR и другие белки, а сигнальные пути ERK, AKT, STAT3 и P38 дольше оставались активными.

После частичного удаления печени у мышей ингибирование PRMT1 или его выключение в гепатоцитах тормозило восстановление. Точечная замена аргинина-81 в SKP1 с помощью прайм-редактирования дала сходный результат, тогда как доставка PRMT1 аденоассоциированным вирусом и S-аденозилметионин (SAM) усиливали пролиферацию. В ключевых группах было по пять животных, а эффект SAM зависел от активности PRMT1.

В нерандомизированной когорте из 130 пациентов 55 человек после операции получали внутривенно по 0,5 грамма SAM не менее трёх дней, а 75 не получали. В группе SAM отдельные измерения АЛТ, АСТ, альбумина и билирубина восстанавливались быстрее; небольшая выборка с контрольной компьютерной томографией также указывала на более активный рост печени. Но распределение не было случайным, число доступных анализов быстро уменьшалось, механизм не проверяли в биоптатах, а долгосрочные исходы не изучали.

Работа определяет ось PRMT1—SKP1—FBXW7 как молекулярный переключатель регенерации, но не доказывает эффективность SAM как послеоперационного лечения. Поскольку те же пути поддерживают рост опухолей, перенос подхода в клинику потребует контролируемых испытаний и длительной оценки безопасности.