Фермент PHF2 ограничивал превращение клеток-предшественников в остеокласты — клетки, которые разрушают костную ткань. Авторы принятой к печати работы в *Cell Death Discovery* связали этот эффект не с обычной для PHF2 регуляцией хроматина, а с контролем времени жизни белка NFATc1 — главного переключателя созревания остеокластов.

При стимуляции клеток сигналом RANKL количество PHF2 постепенно снижалось. В биохимическом опыте PHF2 присоединял гидроксильную группу к лизину-612 в NFATc1. После этого убиквитинлигаза HUWE1 помогала пометить NFATc1 для разрушения протеасомой. Замена лизина-612 на аланин увеличила время полужизни NFATc1 примерно с 1,26 до 3,75 часа и усилила образование остеокластов. Отключение HUWE1 отменяло влияние избытка PHF2, поддерживая предложенную последовательность событий.

У 13-недельных самок мышей с удалённым в миелоидных клетках геном *Phf2* было меньше трабекулярной кости и больше остеокластов, чем у контрольных животных; в исходном сравнении было по пять мышей на группу. В модели потери кости после удаления яичников — по семь мышей на группу — дефицит PHF2 дополнительно снизил минеральную плотность и долю костного объёма. Одновременно выросли число остеокластов и уровень маркера резорбции CTX-1, тогда как маркер образования кости P1NP существенно не изменился.

Это исследование клеток и мышей, а не испытание лечения. Авторы не обнаруживали модифицированный NFATc1 непосредственно в первичных клетках, использовали только самок и проверяли потерю PHF2, но не показали, что усиление его активности защищает кость. Работа поэтому устанавливает новый механизм контроля костной резорбции, но не доказывает готовую терапевтическую стратегию.