ФБР США 31 октября заявило, что за кражей более $6 млрд в криптоактивах с Binance 29 октября стоит северокорейская группа TraderTraitor. Это первая официальная американская атрибуция крупнейшей известной кражи криптоактивов; доказательства и методику вывода бюро в уведомлении не раскрыло.

По данным ФБР, оно вместе с Секретной службой США и уголовным подразделением налоговой службы наблюдало, как похищенные активы переводили преимущественно в ETH. Ведомства ожидают дальнейшее отмывание через децентрализованные финансовые приложения и сервисы мгновенного обмена и призвали операторов таких сервисов, RPC-узлов, THORNode, биржи и аналитические компании блокировать транзакции с перечисленных адресов и производные от них. Сам блокчейн Ethereum не позволяет ведомствам отменить перевод: фактические ограничения зависят от площадок и инфраструктурных сервисов, которые решат не обслуживать связанные активы.

Компания TRM Labs ещё 29 октября связала атаку с TraderTraitor с высокой уверенностью. По её данным, выводы прошли по десяти блокчейнам примерно за 20 минут: в Ethereum использовалась делегация EIP-7702, а в остальных сетях — обычные подписанные переводы. TRM считает это признаком компрометации инфраструктуры подписи горячих кошельков. Binance ранее допускала, что злоумышленник получил доступ к сервисному контейнеру через заражённый ноутбук инженера DevOps, но полного технического разбора пока нет.

Публичные оценки американских властей при этом расходятся. Как сообщает Reuters, президент США Дональд Трамп в субботу сказал, что Вашингтон ещё не уверен в причастности КНДР. Binance поблагодарила ФБР за помощь, но отдельно северокорейскую атрибуцию не подтвердила.

К 1 ноября Binance восстановила вывод биткоина, ETH и части стейблкоинов. По данным биржи, за счёт собственных средств она заместила около $6 млрд похищенных токенов — примерно 95% их долларовой стоимости; оставшиеся 5% приходятся на менее ликвидные активы. Это возвращает пользователям доступ к большей части средств, но не означает возврата украденных монет и не разрешает противоречие вокруг публично не раскрытой доказательной базы атрибуции.