Исследователи показали в Nature Communications, как периферическая инфекция энтеровирусом A71 может нарушать гематоэнцефалический барьер. Заражённые клетки выделяли больше внеклеточных везикул, обогащённых микроРНК miR-30 и miR-34. Попадая к эндотелиальным клеткам сосудов мозга, эти молекулы подавляли сигнальный путь Notch1 и ослабляли контакты между клетками.

В клеточной модели и трёхмерных сфероидах барьера такие везикулы снижали электрическое сопротивление слоя и усиливали прохождение флуоресцентного декстрана. Блокировка miR-30/34 или активация Notch1 белком JAG1 частично восстанавливала уровни белков плотных контактов и уменьшала проницаемость. Так команда связала периферическую инфекцию с повреждением барьера без необходимости заражать сами эндотелиальные клетки.

У новорождённых мышей JAG1, введённый после заражения, снизил вирусную нагрузку в мозге, но не в кишечнике, уменьшил проницаемость барьера и улучшил выживаемость. Однако группы были небольшими: по восемь животных в анализе выживаемости и по три — при измерении вирусного титра в тканях.

Связь проверили и на сыворотке 68 детей: 24 здоровых, 23 с лёгким и 21 с тяжёлым течением болезни рук, ног и рта. У тяжёлых пациентов уровни связанных с везикулами miR-30 и miR-34 были выше; их комбинация различала тяжёлые случаи и здоровый контроль с площадью под ROC-кривой 0,9444. Это результат внутри одной небольшой когорты, без независимой валидации.

Работа предлагает механизм, который соединяет периферическую инфекцию EV-A71 с проникновением вируса в центральную нервную систему. Но она не показывает, что JAG1 безопасен или эффективен у детей, а miR-30/34 уже готовы служить клиническим тестом.